Календарь
Чтобы получать новые статьи сайта на свой e-mail

Иудеи.

Тайна раскрыта.

Путин о Русских.

Демократы и жиды.

Календарь Святая Русь


Издательство Русская Идея




Сайт
Мама, не делай аборт!

Сергей Бехтеев 1879-1954 гг.

4.05.1954. — Умер поэт, белый офицер-эмигрант Сергей Сергеевич Бехтеев

Стихи царского поэта Сергея Бехтеева.

Переворот 1917 года вызвал огромное потрясение, и Сергей Бехтеев после 14-летнего поэтического молчания вновь берется за перо. По всей России из уст в уста передавались его стихи. Самым известным из них стала «Молитва» («Пошли нам, Господи, терпенье…»)

Давайте посмотрим: кто из советских поэтов воспел Гражданскую войну как нечто романтическое и необходимое? Ну разве что евреи Багрицкий и Светлов, которые в реальности не столько воевали на Гражданской, сколько создавали миф о своем участии в ней. Русские же поэты каким-то шестым чувством ощущали сермяжную истину, что воспевать тут особенно нечего, стараясь держаться подальше от этой братоубийственной бойни и любыми путями сторонясь ее и в жизни, и в творчестве. И Сергей Есенин не стеснялся признаться: «Под грохот и рев мортир Другую явил я отвагу – Был первый в стране дезертир». Вот когда началась Отечественная война – тогда наши поэты проявили себя во всем блеске. Один только Твардовский чего стоит, не говоря о десятках других. Но для воинов Белой гвардии та Гражданская была на деле Отечественной. Ведь у них отнимали Родину. Потому-то и дала она столько русских витязей, одинаково владевших оружием и поэтическим словом. Среди них был офицер-кавалергард и проникновенный поэт Сергей Бехтеев.

Повторяю еще раз, потому что это очень важно: сейчас, в наше подлое, жестокое и лицемерное время стихи белогвардейских офицеров читаются и воспринимаются крайне современно. Более того, в них находишь удивительные поэтические совпадения. В 1992 году я писал в стихотворении «В конце века», когда о поэте Сергее Бехтееве абсолютно ничего не знал и не слышал:

…В начале жестокого века
антихрист ворвался в наш Дом.
Змеились чужие идеи,
в подвалах жила Красота,
покуда всё те ж иудеи
опять распинали Христа.
В подполье скрываясь доныне,
врагу Красота не сдалась.
Быть может, молитвами Сына
Россия из пепла спаслась.
Кровавые сверглись идеи,
издохла бесовская рать…
Да только всё те ж иудеи
Россию взялись распинать.

И вдруг читаю теперь такие строки в его стихотворении «Русская Голгофа», написанном в 1920 году, да к тому же исполненном в том же ритме:

Ликует Антихрист-Иуда,
Довольный успехом побед:
Свершилось вселенское чудо,
И царства христьянского – нет!

Гремит сатана батогами
И в пляске над грудой гробов
Кровавой звездой и рогами
Своих награждает рабов.

И воинство с красной звездою,
Приняв роковую печать,
К кресту пригвождает с хулою
Несчастную Родину-Мать!

Как будто и не было 68 лет, отделяющих по времени эти два стихотворения!.. Всё повторилось в России с какой-то дьявольской закономерностью, лишь только с большей подлостью и с большим коварством. Поэтическое восприятие и отражение этого коварства оказались практически идентичны.

Вот уже почти двадцать лет русская патриотическая пресса пишет о закабалении России инородческой «пятой колонной», превратившейся на деле уже в «шестую колонну» безчисленных предателей и грабителей нашего национального достояния. И все эти годы мы говорим о безразличии населения к бедам страны, все эти годы мы безуспешно призываем русских к объединению перед личиной всемірного, циничного Хама, нагло попирающего наши традиции и нашу культуру. Современный безстрашный поэт мог бы слово в слово повторить все то, что в 1921 году Сергей Бехтеев выплеснул из своего сердца в стихотворении «Мать», которое абсолютно актуально и для нынешних дней:

Во имя безумной идеи «свобод»
В крови задыхается русский народ,
Безсильный сорвать свои путы,
Безсильный злодеев из царства изгнать,
Безсильный за правое дело восстать
В годины невиданной смуты.

…О, люди! О, братья! Забудем раздор!
Ведь тризна злодеев – наш русский позор,
Глумленье над трупом любимым.
Пора помириться! Довольно молчать!
Ведь это же нашу несчастную Мать
Насилуют в доме родимом!

Теперь, когда атеистический XX век остался у нас за спиной, мы можем спросить сами себя: что было превыше всего для Российской империи как государства в прежние времена? Что являлось гарантом ее неколебимой державной стойкости перед любым врагом и любым несчастьем? И ответ может быть только один: Царь и Бог. Когда в сердце народа был Царь, а в душе – Бог, тогда никакая беда нам была не страшна и никакой враг не мог нас осилить. Но как только народ наш отрекся от Царя и от Бога, – беды, трагедии и катастрофы обрушились на Россию безконечным потоком. (Тут необходимо сказать, что отречение Царя от власти было невозможно без отречения от Него народа. К тому же Николай II не отрекался ни от монархии, ни от Державы, он лишь после отказа от престола брата Михаила передал царство сыну Алексею.)

Без Царя и без Бога нет правды, нет высшей Истины и нет справедливости на земле. Поэт и беззаветный патриот Сергей Бехтеев настолько остро чувствовал и понимал это, что, начиная с 1917 года, уже ни о чем другом не мог говорить в своих стихах. Его лира, точно вечевой колокол, изо всех сил пыталась пробудить оглохший в распрях и заблудший народ, заставить очнуться Россию и осознать свое гибельное сиротство. Его так и называли при жизни – «Царский звонарь». Но зов этой набатной лиры уже почти никто не слышал в народной среде:

Гулко несется заутренний звон,
Будит упрямо заспавшихся он,
Но, погруженный в тревоги забот,
Спит непробудно плененный народ.

Спит наша Русь, отгоняя сквозь сон
В двери стучащийся радостный звон,
Вновь неспособная сердцем принять
Мира и веры былой благодать.

Но даже сквозь кровь и муки Гражданской войны и сквозь тягостные годы эмиграции Сергей Бехтеев пронес веру в воскрешение богоносного народа и Российской империи, веру в неизбежное признание нашей Родиной святости Царя. Да, удивляет, но не поражает дар предвидения поэта, поскольку поэт милостью Божьей никогда не сомневается в том, что свет Истины и дух справедливости рано или поздно, хоть через века, но побеждают любое зло и всякую ложь. Он знал – русский Царь воскреснет и вместе со своей замученной Семьей обретет святость. Все случилось гораздо раньше и в точности с прозрением поэта:

Пройдут века, ночные тени
Разгонит светлая заря,
И мы склонимся на колени
К ногам Державного Царя.

Забудет Русь свои печали,
Кровавых распрей времена;
Но сохранят веков скрижали
Святых Страдальцев Имена.

На месте том, где люди злые
Сжигали Тех, Кто святы нам,
Поднимет главы золотые
Победоносный Божий Храм.

И, Русь с небес благословляя,
Восстанет Образ неземной
Царя-Страдальца Николая
С Его замученной Семьей.

Сергей Сергеевич Бехтеев родился 7 апреля 1879 года своем родовом селе Липовке (ныне Задонского района, Липецкой области) в родовитой дворянской семье, в которой глубоко были заложены основы православного видения міра. Учился и воспитывался в Императорском Александровском (Царскосельском) лицее, где в свое время учился А.С. Пушкин. Там же он впитал и любовь к поэтическому слову. Три родных сестры С. Бехтеева состояли фрейлинами Царского двора, и потому с юности он близко соприкасался с придворной жизнью и ее атмосферой. В дальнейшем верность Императорской Семье и приверженность монархии он сохранит в душе до конца своих дней. По окончании Лицея он поступил на службу в подшефный Ее Императорскому Величеству Кавалергардский полк, где получил офицерское звание.

Свой первый сборник стихов он издал в 1903 году. Книга эта вышла с посвящением матери Царя Николая II Императрице Марии Федоровне.

С началом Міровой войны С. Бехтеев служит в действующей армии и после получения ранения в голову попадает в Дворцовый лазарет, где удостаивается посещения Государыней Александрой Федоровной с Великими Княжнами. После лечения вновь отправляется на фронт и снова получает ранение – в грудь. Для лечения уезжает в начале 1917 года на Кавказ, в Кисловодск и Пятигорск. Там и застает его известие об отречении Государя.

В октябре 1917 года поэт, видя хаос беззакония и разгром прежней жизни, пишет пять стихотворений – «Россия», «Боже, Царя сохрани», «Верноподданным», «Святая ночь» и легендарная «Молитва», ставшая затем широко известной в Советской России. Через графиню А.В. Гендрикову эти стихи удалось передать в Тобольск Царской Семье, для которой они стали большой моральной поддержкой.

Со стихотворением «Молитва», была связана удивительная мистическая история. Дело в том, что во время расследования Комиссией Н.А. Соколова преступления в Екатеринбурге автограф «Молитвы», сделанный рукой Великой Княжны Ольги, был обнаружен в книге, подаренной ей матерью – Императрицей Александрой Федоровной (на книге сохранилась надпись: «В. К. Ольге. 1917. Мама. Тобольск»). По этой причине долгое время авторство «Молитвы» приписывалось царевне Ольге и в советское время «Молитва» даже публиковалась под ее именем. Эта история и впрямь выглядела очень правдоподобно: царевны при их кротости перед своей гибелью действительно могли молить Господа о прощении их мучителей.

Владыка міра, Бог вселенной!
Благослови молитвой нас
И дай покой душе смиренной
В невыносимый, смертный час.

И у преддверия могилы
Вдохни в уста Твоих рабов
Нечеловеческие силы
Молиться кротко за врагов!

Сознавая свой офицерский долг служить гибнущей Отчизне, Сергей Бехтеев в 1918 г. вступает в Добровольческую армию, становится участником первого «Ледяного» 80-дневного похода. В ней он воюет с 1918 по 1920 год, публикуясь в некоторых военных газетах. Свой долг Сергей Бехтеев исполняет до конца, разделив все тяготы и скорби с Белым воинством. В рядах Белой армии поэт отступает в Крым. В ноябре 1920 года он навсегда покидает Россию, со множеством русских изгнанников отплыв на пароходе из Керчи в Турцию.

Найдя затем вместе с врангелевскими частями прибежище в Сербии неподалеку от г. Нови Сад, С.С. Бехтеев становится активным участником общественной жизни русской эмиграции. Он избирается председателем новисадского отделения Русского национально-монархического союза, пишет статьи, редактирует и издает монархические газеты. Свою гражданскую лирику он объединяет в сборник «Песни русской скорби и слез», который выходит в свет в Мюнхене в 1923 году. В 1925 году выходит его автобиографический роман «Два письма»; в нем он с болью говорит о причинах поражения Добровольческой армии. Любовная лирика Бехтеева вошла в книгу «Песни сердца», изданную в Белграде в 1927 году. Но главный мотив поэзии Бехтеева – это, конечно, трагедия России, измена Царю ближнего окружения, предательство интеллигенцией и русским дворянством белой идеи и надежда на воскрешение великой Империи.

В конце 1929 года С.С. Бехтеев переехал во Францию и поселился в Ницце, где и провел все свои оставшиеся годы, состоя ктитором храма во имя Державной Иконы Божией Матери (на его средства и его трудами были устроены два иконостаса: Державной иконы Божией Матери и преп. Серафима Саровского). Здесь он тоже вошел в круг русских единомышленников, так как в Ницце находился один из монархических центров. В 1934 году здесь же был издан его сборник стихов «Царский гусляр». В 1949, 1950, 1951 и 1952 гг. вышли в свет четыре его книги, объединенные одним названием «Святая Русь» и ставшие полным собранием стихотворений.

Идея «За Веру, Царя и Отечество» настолько глубоко проникла в сознание поэта-монархиста Сергея Бехтеева, что никакие другие идеи, захватившие в то время Европу, и никакие другие события, происходившие в міре, уже не волновали его сознание. Даже Вторая міровая война никак не отразилась в его стихах, в которых он продолжал воспевать Россию, запечатленную его душой до революционной смуты. Все творчество Бехтеева – это неустанная, самозабвенная молитва за Святую Русь.

Скончался С.С. Бехтеев 4 мая 1954 года. Похоронен на русском кладбище в Ницце. На могильной плите сделана надпись: «Корнет. Лицеист Императорского Александровского Лицея 59 курса, царский поэт и офицер белой армии».

Время все расставляет по своим местам. Шелуха отпадает и превращается в прах. Но живое слово, за которым стоят честь и достоинство, как зеленая ветвь, пробивается сквозь любые нагромождения лжи и клеветы. Поэты Белой гвардии возвращаются на Родину своим блистательным творчеством. Они возвращаются к нам на века и уже никогда не уйдут из наших сердец.

Валерий Хатюшин
http://hatushin.ru/biblioteka/molitva-za-tsarya.html
(здесь с некоторыми изменениями в деталях)

___________________________________________________________________________________________

Сергей Бехтеев (1879-1954 гг)

Род Сергея Сергеевича Бехтеева имеет длинную и славную историю, восходящую к XV в. Среди его предков — учитель будущего Императора Павла I. Прадед поэта был в дружбе со святителем Тихоном Задонским, дед и отец его по окончании Петербургского Морского корпуса служили во флоте.

Все старшие сыновья в роду при рождении получали имя Сергей в честь небесного покровителя семьи — Сергия Радонежского. Сергей был старшим сыном в семье. В детстве был исцелен от тяжелого недуга святым праведным Иоанном Кронштадским. Три старших сестры его — Екатерина, Наталья и Зинаида — были фрейлинами Императриц Марии Федоровны и Александры Федоровны. Стихи Сергей Бехтеев начал писать в Царскосельском лицее, и в 1903 году вышел первый сборник.

В этом же году он поступил служить в элитный Кавалергардский полк. После тяжелого увечья, полученного на ученьях, вынужден уйти в отставку (из-за неправильно сросшихся костей одна нога стала короче другой). Несмотря на увечье, в 1914 году добровольцем пошел на фронт, в составе Кавалергардского полка воевал, получил ранение в голову и в грудь.

Попал в Царскосельский лазарет, где сестрами милосердия служили Императрица Александра Федоровна и ее дочери — Великие Княжны Ольга Николаевна и Татьяна Николаевна. Переворот 1917 года вызвал огромное потрясение, и Сергей Бехтеев после 14-летнего поэтического молчания вновь берется за перо. По всей России из уст в уста передавались его стихи. Самым известным из них стала «Молитва» («Пошли нам, Господи, терпенье…»), отправленная через графиню Гендрикову Царской Семье в Тобольск. В 1920 году Бехтеев покинул Россию и поселился в Югославии. В 1929 году Бехтеев переезжает во Францию, где до последних дней служит ктитором Храма во имя Державной иконы Божией Матери в Ницце. Умер 4 мая 1954 г. Там же похоронен на русском православном кладбище Кокад.

Россия

Была Державная Россия,

Была великая страна

С народом мощным, как стихия,

Непобедимым, как волна.

Но, под напором черни дикой,

Пред ложным призраком «свобод»

Не стало Родины великой

Распался скованный народ.

В клочки разорвана порфира,

Растоптан царственный венец,

И смотрят все державы мира,

О, Русь, на жалкий твой конец!

Когда-то властная Царица,

Гроза и страх своих врагов,

Теперь ты жалкая блудница,

Раба, прислужница рабов!

В убогом рубище, нагая,

Моля о хлебе пред толпой,

Стоишь ты, наша Мать родная,

В углу с протянутой рукой.

Да будут прокляты потомством

Сыны, дерзнувшие предать

С таким преступным вероломством

Свою беспомощную Мать!

***

Николай II

(Так писал я на третий день

«бескровной» русской революции — С. Бехтеев)

«Как женщина, Ему вы изменили,

и как рабы, вы предали Его»

М.Ю.Лермонтов

В те дни, когда мы все так низко пали,

Везде мне грезится священный Образ Твой,

С глазами, полными божественной печали,

С лицом, исполненным небесной добротой.

Тебя жалеть я не могу, не смею:

Ты для меня — по-прежнему Велик!

Перед тобой, мой Царь, я вновь благоговею,

И больно мне глядеть на Твой Державный Лик.

Слепой народ, обманутый лжецами,

За чистоту души Твоей святой,

Тебя клеймил постыдными словами

И казни требовал, над кем же… над Тобой!

Не так ли пал и Царь коварной Иудеи,

Мессия истины, народная мечта,

И Бога своего преступные евреи

Распяли на доске позорного Креста.

И Царь был осужден на пытки рабской казни,

Над Божеством глумился весь народ,

И люди-изверги убили без боязни

Того, Кто создал мир, моря и небосвод.

Но, победив в аду немые силы гроба,

Воскрес Господь и всем явился вновь;

Побеждена врагов чудовищная злоба,

И козни зла рассеяла Любовь…

Я верю в день священного возмездья!

Клятвопреступники, вас кара неба ждет!

Вас уличат в предательстве созвездья,

Над вами Солнце правды не взойдет;

И камни возопят от вашего злодейства,

Вас грозно обличит правдивая судьба

За низость ваших чувств, за гнусность фарисейства,

За клеветы восставшего раба…

Еще недавно так, пред Ним склоняя выи,

Клялися вы Его до гроба защищать

И за Царя-Вождя, Хозяина России,

Вы обещали жизнь безропотно отдать.

И что же! где слова? Где громкие обеты?

Где клятвы верности, присущие войскам?

Где ваших прадедов священные заветы?

А Он, обманутый, Он твердо верил вам!

Он, ваш исконный Царь, смиреньем благородный,

В своей душе Он могли помышлять,

Что вы готовитесь изменой всенародной

России честь навеки запятнать!

Предатели, рожденные рабами,

Свобода лживая не даст покоя вам.

Зальете вы страну кровавыми ручьями,

И пламя пробежит по вашим городам.

Не будет мира вам в блудилище разврата,

Не будет клеветам и зависти конца;

Восстанет буйный брат на страждущего брата,

И мечь поднимет сын на старого отца…

Пройдут века; но подлости народной

С страниц Истории не вычеркнут года:

Отказ Царя, прямой и благородный,

Пощечиной вам будет навсегда!

***

Молитва

Посвящается Их Императорским Высочествам Великим

Княжнам Ольге Николаевне и Татьяне Николаевне

Пошли нам, Господи, терпенье,

В годину буйных, мрачных дней,

Сносить народное гоненье

И пытки наших палачей.

Дай крепость нам, о Боже правый,

Злодейства ближнего прощать

И крест тяжелый и кровавый

С Твоею кротостью встречать.

И в дни мятежного волненья,

Когда ограбят нас враги,

Терпеть позор и униженья

Христос, Спаситель, помоги!

Владыка мира, Бог вселенной!

Благослови молитвой нас

И дай покой душе смиренной,

В невыносимый, смертный час…

И, у преддверия могилы,

Вдохни в уста Твоих рабов

Нечеловеческие силы

Молится кротко за врагов!

г. Елец,

Октябрь 1917 г.

(Стихотворение «Молитва» было послано в октябре 1917 г. через графиню А.В.Гендрикову Их Императорским Высочествам в г. Тобольск — С.Бехтеев)

***

Венценосец

Он мне грезится всюду, венчанный Изгнанник,

Осененный терновьм венцом,

Неповинный Страдалец, небесный Избранник,

С величавым и кротким лицом.

Изнывает ли сердце под гнетом страданий,

Грудь ль жмется от думы больной;

И в юдоли скорбей, и в борьбе испытаний,

Он везде и всегда предо мной.

И мне чудится — слышу я голос любимый,

Слышу милую, нежную речь;

И, тоскуя в изгнаньи, всем миром гонимый,

Я спешу свое горе пресечь.

И слагаются накрест усталые руки,

Замолкает мой ропот пустой;

И встают предо мной Его горькие муки,

Его крест. Его подвиг святой.

О, мой Царь; униженый злодеям в угоду,

Всеми преданный в годы войны,

Ты погиб за любовь к дорогому народу,

За величье и славу страны.

О, гляди на меня всеблагими очами,

Будь всегда и повсюду со мной,

Пробуждая в душе неземными речами

Веру в правду и подвиг земной.

***

Русь горит! Пылают зданья,

Гибнут храмы и дворцы,

Книги, мебель, изваянья,

Утварь, живопись, ларцы.

Гибнет долгих лет нажиток,

Плод тяжелого труда,

Недостаток и избыток,

Накоплявшийся года.

Злобный гений торжествует

Праздник крови и огня;

Он, смеясь, на пламя дует,

Волны красные гоня.

И клубясь и извиваясь,

Пляшут пляску языки,

К небу с свистом поднимаясь,

Гневны, грозны и дики.

Русь горит!.. И безвозвратно

Гибнут перлы красоты.

Так сбываются превратно

Вольнодумные мечты.

***

Верноподданным

Не унывай, не падай духом:

Господь рассеет царство тьмы,

И вновь прилежным, чутким слухом

Наш русский гимн услышим мы.

И снова наш Отец Державный

На прародительский Свой трон

Взойдет, как встарь, Самодержавный,

Сынов сзывая на поклон.

И в жалком рубище, нагая,

К стопам великого Царя

Падет в слезах страна родная,

Стыдом раскаянья горя!

И скажет Царь, в уста лобзая

Свою предательницу-дочь:

«Я все простил тебе, родная,

И Сам пришел тебе помочь.

Не плачь, забудь былые ковы;

С тобой я буду до конца

Неси твой крест, твои оковы

И скорбь тернового венца!»

***

К рыцарям без страха и упрёка

Бьет наш последний, Двенадцатый час!

Слышите голос, сзывающий нас,

Голос забытый, но голос родной,

Близкий, знакомый и нам дорогой.

Слышите вы этот властный призыв

Слиться в единый, могучий порыв,

В грозную тучу крылатых орлов,

Страшных для наших исконных врагов.

Рыцари чести и долга, вперед!

Гибнет отечество, гибнет народ,

Стонет под гнетом родная земля,

Стонут и плачут леса и поля!

Время не терпит, страданье не ждет,

Вождь Венценосный вас громко зовет

В даль роковую, кровавую даль,

Где притаилась людская печаль…

Взденьте кольчуги, возьмите булат,

Крест начертите на золоте лат.

К битве священной готовясь скорей,

Смело седлайте ретивых коней!

Время не терпит, страданье не ждет,

Гибнет отечество, гибнет народ,

Гибнут святыни родных очагов

В яростном стане кровавых врагов.

Рыцари чести и долга, вперед!

Голос Державный нас снова зовет

В грозный, великий Крестовый поход.

Рыцари чести и долга — вперед!

***

Красное знамя

Кровавое знамя! Крамольное знамя!

Эмблема разбойничьих грез!

В тебе сочеталось погромное пламя

С пучиной страданий и слез.

Тобой обманули лжецы-иудеи

Доверчивый ум христиан,

Назвав преступление — триумфом идеи

И правдой — коварный обман.

С тех пор, под кровавой эгидой твоею,

Рабочий, мужик и солдат

Шли братской войною, на радость еврею,

На пышные зданья палат.

И рушились в бездну великие троны,

И чернь проклиная Христа,

Срывала порфиры, топтала короны,

Глумясь над святыней креста.

Миры преклонялись пред дьявольской силой,

И жизнь приносила ей дань;

И нагло алела над братской могилой

Кровавая, красная ткань.

Свершали преступное дело злодеи:

Сбывалась Иуды мечта.

Так мстили и мстят христианам евреи

За веру в ученье Христа.

Идут и проходят века за веками,

Враждует с народом народ,

И кровь христианская льется реками

За призрак сионских свобод.

И старых кумиров свалив с пьедестала

И капищем сделав свой храм,

Все золото мира рабами Ваала

Сдается еврейским ворам.

Проклятое знамя! Жидовское знамя!

Эмблема страданий и слез!

В тебе сочеталось погромное пламя

С коварством разбойничьих грез!

***

У креста

Шумит народ, тупой и дикий,

Бунтует чернь. Как в оны дни,

Несутся яростные крики:

«Распни Его, Пилат, распни!

Распни за то, что Он смиренный,

За то, что кроток лик Его.

За то, что в благости презренной

Он не обидел никого.

Взгляни — Ему ли править нами,

Ему ли, жалкому, карать!

Ему ли кроткими устами

Своим рабам повелевать!

Бессилен Он пред общей ложью,

Пред злобой, близкой нам всегда,

И ни за что к Его подножью

Мы не склонимся никогда!»

И зло свершилось! Им в угоду

Пилат оправдан и омыт,

И на посмешище народу

Царь оклеветан… и… убит!

Нависла мгла. Клубятся тени.

Молчат державные уста.

Склонись, Россия на колени

К подножью Царского Креста!

***

Жидовин

По русскому вольному краю,

Верхом на двуногом осле,

Народный герой разъезжает

С проклятым клеймом на челе.

На нем пулеметные ленты,

Жидовский простой лапсердак,

Винтовка, ручные гранаты

И красный дурацкий колпак.

Он едет и в ведро и в стужу,

Он едет и ночью и днем.

Болтаются красные тряпки,

Бубенчики пляшут на нем.

Куда богатырь не приедет,

Везде ему царский почет.

Честит его хлебом и солью

Свободный российский народ.

Гогочут подростки и бабы,

Толпясь и вертясь вкруг него;

За стол с самогонкой сажают

И слушают речи его.

И всюду сбирает он вече,

Сгоняя на площадь людей:

Зовет к грабежам и насилью

Во имя свободных идей.

Пророчит им рай коммунизма,

«Товарищам» счастье сулит,

Землей голытьбу наделяет,

Буржуям расправой грозит.

Смеется он нагло над верой,

Кощунство с святыней творит,

Насилует совесть людскую

И Бога открыто хулит.

Он злобу в толпе распаляет,

Он алчность плодит в торгаше

И будит свирепого зверя

В юродивой, темной душе.

Разносятся пьяные крики;

Гудит заунывный набат;

Идут обитатели хижин

Войной на владельцев палат.

Клокочет вражда вековая;

Беснуется пьяный народ;

Сбылись предсказания Кагала —

Нет Бога, Царя и господ!

С торгов продается Россия;

Проклятьями дышат уста;

И вновь распинают евреи

На новой Голгофе Христа.

Хохочет злодей-самозванец,

Гарцуя на сером осле:

Теперь он хозяин всесильный

В святом златоглавом Кремле.

Колпак он бросает дурацкий,

Сломив векового врага,

И кажет бесовские знаки —

Залитые кровью рога.

И нагло кричит, издеваясь:

«Примите ж мою благодать;

Скорей батожьем добивайте

В крови распростертую Мать!

Ко мне, мои верные слуги,

Великая, вольная новь!

Из кубка железного пейте

Священную русскую кровь.

Забудьте величье и славу

Далеких, отживших времен,

Заветы народных героев

И память их светлых имен:

Пирует жидовское племя,

Глумясь над святыней Креста,

Глумясь над распятой Россией,

Россией Царя и Христа!..

***

Моя вера

Не должен, не может

Народ мой великий

Бесовское рабство влачить,

Он все одолеет, он все превозможет,

Сумеет себя воскресить.

Он встанет из праха,

Воскреснет из тленья,

С очищенной скорбью душой,

Познавший обиды и ужас паденья

В пучине крамолы людской.

Ведомый ко благу Господней десницей,

Сквозь дебри житейских невзгод,

Он встанет как Лазарь,

Из смрадной гробницы,

И к Божьим стопам припадет.

1931 г.

***

Верую!..

В годины кровавых смут и невзгод

Я верю в Россию! — я верю в народ!

Я верю в грядущее радостных дней

Величья и славы отчизны моей!

Я верю, что годы страданий пройдут,

Что люди свое окаянство поймут,

И буйную злобу и ненависть вновь

Заменит взаимная наша любовь.

Я верю, что в блеске воскресных лучей

Заблещут кресты златоглавых церквей.

И звон колокольный, как Божьи уста,

Вновь будет сзывать нас в обитель Христа.

Я верю — из крови, из слез и огня,

Мы встанем, былое безумье кляня,

И Русью Святой будет править, как встарь,


Помазанник Божий — исконный наш Царь.

«Русская Монархия»

Комментарии запрещены.

Единственная власть от Бога - Православная монархия.

Loading ... Loading ...

Утверди Боже.

Выхожу один я на дорогу

Русская Женщина.

ПОКАЯНИЕ.

Путин о Царе.

ЗА РУССКОЕ СОЛНЦЕ.

Пандемии ЛЖИ.

Богоносная Россия.

Ювенальная юстиция.

Сербия Россия.

Архивы